Get Adobe Flash player

Рейтинг користувача: 0 / 5

Неактивна зіркаНеактивна зіркаНеактивна зіркаНеактивна зіркаНеактивна зірка
 
Кратко о себе.
Родился 1-го января 1923 года на Украине в Днепропетровской области, Пятихат­ском районе, селе Жёлтом. Отец сельский кузнец, мать – домработница. Позже были чле­нами колхоза. Окончил семилетку, ФЗУ, культпросвет техникум, Харьковский институт культуры. Работал библиотекарем, учителем труда, черчения, истории, естествознания. Участник Великой Отечественной войны. В армии служил 3,5 года. Беспрерывный рабо­чий стаж 42 года. Сейчас пенсионер. Проживаю по адресу:
322504 УССР, Днепропетровская область,
Пятихатский р-н, с. Желтое,

Москаленко Иван Александрович.

25.XII.1985 г.

 
 
 
Цирк приехал!
            Стар я уже стал. Но помню, как сейчас. Лежу на печке. Отец в кузницу пошел, мать на дворе за хозяйством ухаживает. Вдруг стучат в окно. Я с печки босиком за порог. А ребят целая компания и все хором:
            - Цирк приехал! Цирк приехал!
Бегу в избу, быстро одеваюсь, краюха хлеба в карман – и бежим.
            Возле магазина толпа. Что-то читают, смеются, о чем-то спорят. С трудом пробираемся между ног взрослых вперед и видим большую афишу. Посредине на ней изображено, как человек с медведем борется. Медведь большой, лохматый, но и человек – богатырь. Интересно, думаю, кто кого осилит?
            Узнав от старших о стоимости билета и времени начала представления, мы разбежались по домам. У каждого из нас была одна задача: добыть деньги на билет. Решив эту задачу, мы снова собрались возле афиши и с нетерпением посматривали на солнышко, которое, как назло, все стояло и стояло на одном месте, как будто его кто-то привязал. Это был самый длинный день в моей жизни. Наконец я не выдержал и побежал к отцу в кузницу. Мне хотелось сообщить ему о цирке. Но отец был занят. Он разговаривал с каким-то мужчиной в коричневом берете, кожаной куртке и начищенных до блеска сапогах. Уходя, тот сказал: - Смотрите, не подведите меня. На семь вечера чтобы были в клубе. Первый ряд слева будет свободный, там и садитесь.
            - Сказано – сделано. Мое слово железное, - ответил отец. Я понял, что отец уже знает о цирке, и побежал в избу. Вскоре пришел и отец на обед. Пообедав, он сказал мне:
            - Ну сынок, сегодня, в клубе выступать будем. Я знал, что отец всегда любил шутить, и, приняв сказанное им за шутку, засмеялся, вылез на печку и уснул.
            Вдруг слышу: кто-то меня за плечи тихонько покачивает. Открываю глаза – мама. – Вставай, в клуб пора идти.
Я схватываюсь, смотрю на окна, а на улице уже темнеет. Ты смотри, думаю, как быстро летит время, когда спишь. Умылся, оделся. Идем на двор. Возле избы нас ждали помощники отца – молотобойцы – Сергей и Афанасий.
            На деревянных носилках возле них стояла большая наковальня и лежал кусок полосового железа. Отец взял себе на плечо два больших молота, малый молоток дал мне, и все вместе пошли в сельский клуб.
            В клубе места были уже заняты, но 1й ряд был свободный. Мы уселись на стульях. Рядом с нами разместились молодые рослые парни, по-видимому по договоренности с тем мужчиной, который разговаривал с отцом в кузнице. Вокруг было шумно и светло, как днем. Я все время посматривал на электрические лампочки и думал: вот бы нам хотя бы одну лампочку в избу. Но, к сожалению, эти лампочки были только в клубе и на мельнице. В наших избах они появились лишь 25 лет спустя.
            Вдруг зазвонил звонок. В зале погас свет и стало тихо-тихо. Зеленый занавес медленно раздвигался по сторонам. На краю ярко освещенной сцены стояли человек и медведь и оба низко кланялись зрителям, которые бурно аплодировали.
            Я сразу узнал возле медведя того человека, который разговаривал с отцом, только он был одет по-другому. На нем был расшитая золотыми орнаментами ярко-красная майка и темно-синие шорты. Подпоясан он был широким кожаным ремнем с карманами, на ногах вместо сапог спортивные ботинки. Человек и медведь были точно такие, как на афише.
            - Добрый вечер, дорогие зрители! – сказал человек, приложив руку к груди.
            - Перед вами сейчас выступит только два артиста цирка. – Я, Степан Степаныч, и мой помощник Михаил Михайлыч.
            Четыре года тому он пришел из леса ко мне на пасеку маленький, худенький и, жалобно скуля просил есть. Я накормил его, угостил медом, и он весь день топал по моим следам. Вечером пришлось взять его домой, так как уходить в лес он не собирался, а оставить его на пасеке было опасно. Появление маленького медвежонка в моем доме вызвало большое негодование. Конь вел себя беспокойно и все время похрапывал. Кот и собака стали страшно агрессивны. Но через несколько дней дружба восторжествовала. Медвежонок играл с котом и собакой, а конь не обращал на него никакого внимания. Дети мои и соседей дружно приняли его с момента появления, играли с ним с утра до вечера. Приходили ребятишки из соседних сел. Обижен он никогда не был. Все, что можно было съесть, дети делили с ним поровну. Прошло время, оно поправился, подрос, и я стал обучать его, готовил к выступлениям в цирке. И стали мы его звать Михаил Михалыч. Скажу Вам по секрету: он капризный и обидчивый. Выступать на сцене его можно заставить лишь одним средством – аплодисментами. Запомните это, дорогие зрители! Ваши аплодисменты – это наша зарядка, а наша зарядка – это ваши аплодисменты.
    Гармонист заиграл барыню. Степаныч и Михайлыч дружно пошли в пляс. Окончив танец, Степаныч под аплодисменты зрителей пожал Михайлычу лапу и дал большую конфету из поясного кармана. Михайлыч с удовольствием проглотил ее. Потом Михайлыч, по приказу Степаныча показал, как ходят старые бабушки и дедушки, топая на сцене с палкой. Особенноон подлинно изобразил пьяницу, идущего с попойки домой. Степаныч дал ему бутылку, по-видимому, с чем-то сладким. Он, пошатываясь, расхаживал по сцене и пил содержимое. Опорожнив бутылку, упал набок и захрапел. Потом исполнил несколько акробатических трюков и по просьбе Степаныча вынес из-за сцены два ведра воды на коромысле. После каждого номера, под аплодисменты зрителей, Степаныч благодарил медведя, пожимая ему лапу и угощая конфетой или сахаром. Все выступления медведя Степаныч дополнял разными пословицами, поговорками, юмористическими и сатирическими куплетами и анекдотами. В зале все зрители были очень довольны, дружно аплодировали и смеялись от души.
            После танца «Яблочко» Степаныч отвел медведя в угол сцены отдохнуть и начал выступать сам. Он вынес из-за сцены бревно, метра четыре длиной, положил его себе на плечи, обхватив обеими руками за края, и громко обратился к зрителям:
            - Ну, ребята, кто желает на карусели покататься, выходите ко мне на сцену!
            Шесть парней, сидящих в одном ряду с нами, быстро вскочили на сцену и по три уцепились за края бревна. Степаныч начал вертеться вокруг себя на месте и набрал такую скорость, что ребята замелькали в воздухе, точно на карусели. В зале кто-то громко крикнул:
            - Смотрите, сапоги растеряете!
            Все громко засмеялись и дружно захлопали. Степаныч убавил обороты и постепенно остановился. Обращаясь к зрителям, он сказал:
            - Может, кто-нибудь хочет тоже такой номер повторить? Пожалуйте на сцену. Я бревна не пожалею.
            В зале все смеялись. Охотника такого не было. Степаныч пошел в угол сцены к отдыхающему медведю и громко сказал:
            - Ну, Михайлыч, отдохнул, иди да покажи зрителям, как ты детей нянчить умеешь.
            Медведь вышел на середину сцены, стал на задние лапы, а Степаныч обратился к зрителям:
            - В зале есть кто с ребенком? Будьте добры, дайте пожалуйста дитя, пусть медведь понянчит.
            В зале стало так тихо, что каждый слышал, как стучит сердце в его груди. Но какая мать решится дать своего ребенка в лапы медведю?! Все молчали. А Степаныч стоял с протянутыми руками на краю сцены и ожидал.
            Тогда мама сказала мне:
            - Беги, не бойся, медведь тебя не укусит, он учёный. Подхватив меня под руки, сама подала Степанычу. Он меня ловко передал в лапы медведю. Тот начал меня нянчить. Мне было ничуть не страшно медведя, но я боялся, чтобы он меня не уронил на пол, и крепко вцепился в его длинную шерсть.
            Немного покачав, он протянул меня Степанычу, а тот быстро передал маме. В зале раздались бурные аплодисменты. Степаныч поблагодарил Михайлыча и отдал ему положенное.
            - Видели? – сказал он, обращаясь к публике.
            - Может, у кого некому детей нянчить, я могу отпустить Михайлыча на месяц. Уверяю, лучшей няни Вам не найти. В пище он совсем не переборчив. Банки меда и три буханки хлеба на день для него вполне достаточно. Зрители смеялись.
            Началось приготовление к следующему номеру. Ребята вытащили на сцену полмешка бутылок, высыпали их и стали бить молотками на мелкие части. Окончив, разровняли стекло, и на него спиной лег Степаныч, предварительно сняв майку. Сверху на Степаныча положили большие двери, на которые стали шестеро крепких парней. Постояв минуты две, они сошли и убрали двери. Степаныч поднялся, поклонился зрителям, а потом обернулся к ним спиной. На широкой загорелой спине не было ни единого пореза. Зрители аплодировали, а ребята быстро убрали стекло, готовили сцену к следующему номеру.
            На сцену вынесли широкую скамейку. Степаныч, одев майку, лег на нее спиной. На его живот Афанасий и Сергей поставили наковальню и, взяв в руки большие молоты, стали по сторонам. Вышел на сцену отец с куском полосового железа и малым молотком. Положив железо на наковальню, дал команду. Загрохотали молоты по железу, да так сильно, что в зале зрители даже уши прикрыли ладонями. Отец тоже ладно пристукивал по наковальне и вдруг повернул молоток плашмя. Это команда стоп. Молотобойцы быстро остановились, отец достал из кармана папиросу, взял ее в зубы, обернул железо тем концом, по которому били, прикурил. От сильных ударов железо раскалилось докрасна.
            В зале было тихо. Многие зрители думали, что после такой обработки Степаныч уже не подымется. И лишь, когда Афанасий и Сергей сняли наковальню с живота Степаныча и тот поднялся, и улыбаясь поклонился зрителям, аплодисменты буквально потрясли зал. Даже Михайлыч бил в ладоши. Когда в зале затихли аплодисменты, Степаныч позвал медведя к себе и сказал, обращаясь к зрителям:
            - Сейчас мы с Михайлычем будем бороться. Условия борьбы у нас такие: побежденный награждает победителя.
            - Ты согласен Михайлыч? Михайлыч утвердительно качнул головой – и борьба началась. Зрители, затаив дыхание, следили за ходом борьбы. Наконец Михайлыч одолел Степаныча. Подержав его лапой на полу, отпустил. Степаныч встал, вытащил с поясного кармана большой кусок сахара и наградил Михайлыча. Тот проглотил его, как орел мышь, и снова сцеплись в борьбе. На этот раз Степаныч одолел Михайлыча и потребовал вознаграждения. Михайлыч ушел за сцену и вынес Степанычу большую свеклу с ботвой. Все засмеялись, а Степаныч принял награждение, поблагодарил Михайлыча, и снова возобновили поединки. Результаты их были такие же, как и первых двух. Степаныч награждал Михайлыча большой конфетой, а Михайлыч Степаныча – большой тыквой. Держа ее в руках, степаныч обратился к зрителям:
            - Ну, кто желает побороться с Михайлычем, Выходите!
            В зале все затихли. Вдруг из самого заднего ряда поднялся коренастый мужчина и зашагал прямо на сцену. Все узнали в нем дядю Ваню.
            - Я хочу бороться с медведем, - сказал он.
            - А как тебя зову? – спросил Степаныч.
            - Иван.
            Степаныч подошел к нему, наклонился к его лицу и спросил:
            - А сколько ты выпил, Иван?
            - Маленькую рюмочку, и то с утра.
            - Это всеравно. – сказал Степаныч, - медведь с пьяницами никогда не хочет бороться. Да и что их бороть – они сами падают.
В зале смеялись.
- Скажи, Михайлыч, Желаешь ты с дядей Ваней бороться?
            Михайлыч стал на задние лапы, а передними махал от себя, чтобы дядя Ваня убирался со сцены прочь.
            - Видишь, - Сказал Степаныч, - медведь не желает.
            Пришлось дяде Ване идти на свое место под общий смех и аплодисменты зрителей.
            Тогда Степаныч вынес на сцену две двухпудовых гири и начал ими жонглировать как мячиками. И вдруг …. Одна гиря выскользнула из его рук и понеслась прямо в зал на зрителей. Раздался общий вскрик и, и кто успел, наклонили свои головы за спинки стульев.
            Но гиря неожиданно остановилась в воздухе и стремительно понеслась назад к Степанычу. Зрители раскрыли рты и замерли от удивления. Они недоумевали, что же произошло. Степаныч поймал гирю и, смеясь спросил:
            - Что, испугались? Да ведь гири – то бумажные, а прилетела она ко мне благодаря вот этой резинке. И он раскрыл ладонь. В зале раздался дружный хохот и аплодисменты.
            - А теперь, - сказал Степаныч, - я принесу настоящие гири, но не бойтесь, я этих не буду бросать в зал. Он принес настоящие гири и начал ими жонглировать так же, как и бумажными. Окончив, Степаныч, кланяясь, поблагодарил зрителей за их внимание, дружные аплодисменты, пожелал хорошего сна, здоровья и успехов в работе. Стоя с медведем на краю сцены, они махали зрителям до свидания.
            На дворе было темно, дул сильный ветер, и моросил дождь. Но нам идти было не далеко, и мы быстро пришли домой. Я выпил кружку молока, залез на печку, а мать накрывала на стол. К нам дожжен был придти ночевать Степан Степаныч.
            После увиденного, я никак не мог уснуть. Пришел Степаныч, поужинали вместе с отцом. И мамой. А потом он пошел покормить медведя и лошадь. Они находились в общественной кирпичной конюшне. Я уже начал засыпать, стук в двери меня разбудил. Слышу Степаныч, смеясь, рассказывает:
            - Подошел я к конюшне, смотрю в окно, а возле медведя что-то лежит. Я быстро открываю дверь, подхожу – человек, медведь его лапой к полу прижал. Я испугался, приказал медведю убрать лапу, вдруг подымается тот дядя Ваня, который на сцену выходил с медведем бороться.
            - Как ты сюда попал? – спрашиваю.
            - Да шел мимо, - говорит – вижу, свет горит. Заглянул в окно – медведь на привязи. Дай, думаю, зайду поборемся. Захожу и говорю: давай Михайлыч, бороться. Он охотно принял мое предложение и повалил меня на пол. Боролись мы боролись, я уж домой хочу идти, а он не отпускает. Как не ухитрялся я, но не мог от него убежать.
            Ну, дядя Ваня, говорю ему – скажи спасибо, что я пришел. Пришлось бы тебе всю ночь тут на полу лежать. Михайлыч – добрый медведь, он любит людей, но отпустить тебя не отпустил бы. Он поблагодарил меня и ушел. Мама никак не могла успокоиться и смеялась от всего сердца.
            Дядя Ваня был человек неплохой, часто гостил в нашей семье, и от природы был не обижен силой.
            Ранним утром, позавтракав, Степаныч собрался в дорогу. Провожать его вышло полсела. Он подъехал одноконными дрожками к мельнице, попрощался и повернул на большак. На его пути была большая лужа. Конь не мог вытащить дрожки из грязи. Тогда Степаныч толкнул Михайлыча и приказал:
            - Ну, Михайлыч, подсоби.
            Михайлыч прыгнул в лужу, уперся плечом в дрожки – и поехали…. Немного пробежав за дрожками, он вскочил на свое заднее место и помахал провожающим лапой.
            Больше к нам в село Степаныч не приезжал. Наверное, он стал выступать в больших городских цирках со своим медведем. Но мы, дети, да и взрослые долго еще помнили их выступления в нашем сельском клубе. Не забывал о них и дядя Ваня. Ему так и не удалось одолеть медведя. Но все же выступления Степаныча дали свои плоды. Наши сельские парни натаскали до клуба целую кучу гирь. Кто-то принес и бревно для карусели. Вечерами никому не было скучно. Все стремились повторить номера Степаныча. Но лишь одному это удалось. Победителем стал глухонемой Потапов Петр Автомонович. Он точно, как Степаныч, жонглировал двумя двухпудовыми гирями. В 1960 годах он защищал команду глухонемых в городе Днепропетровске и был послан на соревнования тяжелоатлетов в Киев.
 
25.XII.85                                                                                                      с. Жёлтое

You have no rights to post comments

На сайті Один гість та користувачі відсутні

Пошук по сайту

Випадкове зображення

1golova.jpg